Университетские издательства борются за читателя

Книги под собственными «грифами» выпускают многие ведущие университеты. Но может ли университетское издательство на равных бороться за читателя с крупными коммерческими игроками? Об этом наш разговор с директором Издательского дома Высшей школы экономики Еленой Ивановой.

Университетские издательства борются за читателя

Елена Анатольевна, в чем особенности университетского издательства сегодня?

Елена Иванова: У него есть неоспоримое преимущество — близость к автору как производителю контента книги. Но этим надо уметь воспользоваться, что непросто. У автора должен быть стимул отдать рукопись в издательство: гонорар, высокое качество издания, широкое распространение книги. И по всем этим пунктам основная масса российских университетских издательств, увы, неконкурентоспособна. В нашей стране, в отличие от Запада, где университетские издательства — традиционно флагманы науки и издательского дела, понятие "университетское издательство" до сих пор остается синонимом, я бы сказала, примитивного издательства, ориентированного преимущественно на внутривузовские задачи.

Увы, развернутой открытой статистики в разрезе издательств практически нет. Например, в ежегодном докладе Минцифры России "Книжный бизнес-2020" в сто лидирующих издательств вошел РУДН (18-е место). Но треть из них вы не скачаете на ЛитРесе, не купите в "БиблиоГлобусе" или "Лабиринте".

А что насчет вашего издательства?

Елена Иванова: Полноценная книга у нас выходит в свет практически каждые три дня. Сегодня наши книги в той или иной форме — бумажной, электронной, аудио — доступны в любой точке России и мира. У нас 174 торговых партнера и собственная система реализации — университетский книжный магазин "БукВышка", интернет-магазин издательства, продажи на мероприятиях. И, конечно, мы с огромным интересом наблюдаем за тем, что и как издают Кембридж, Оксфорд, Йель. Одна издательская улица на Франкфуртской книжной ярмарке чего стоит!

Как вам дался переход к цифровым книгам?

Елена Иванова: "Цифру" мы сразу восприняли как спасение. С ее появлением возникла уверенность, что нашу книгу не может купить только тот, кто не хочет ее купить. При этом доля выручки от продаж бумажных книг остается превалирующей, что соответствует российской и мировой тенденциям. То, что электронные продажи подрывают продажи бумажных книг, — это, конечно, миф. Однако в условиях пандемии электронные продажи выросли на 47%.

Участвуете в международных ярмарках?

Елена Иванова: До пандемии мы были активными участниками основных зарубежных книжных мероприятий. Это и Франкфуртская книжная ярмарка, и Лондонский книжный салон, и Пекинская международная книжная ярмарка, и многие другие. Кроме того. мы всегда активно работаем с иностранными правообладателями по получению прав на издание переводов. Всего нами лицензировано более 150 иностранных книг. Преимущественно это англоязычная литература, но есть переводы с немецкого, французского, испанского, литовского. Наши постоянные партнеры: Кембридж, Оксфорд, Принстон, Йель, Чикагский университет.

Нам удалось вернуться к почти забытому в российской научной сфере жанру книги как произведения искусства

Можете отметить успехи последнего времени?

Елена Иванова: Нам удалось сконцентрироваться на эстетической составляющей наших книг. Подтолкнула к этому как раз конкуренция электронной книги и бумажной. Ведь только хорошо изданная бумажная книга дает читателю приятные тактильные, зрительные ощущения, которых полностью лишена электронная. В 2020 году мы открыли серию HSE Bibliotheca Selecta, впервые объединив книги не тематикой, а идеей художественного оформления.

А еще какие-то новинки ожидаются?

Елена Иванова: Конечно. Серию продолжит книга известного историка культуры Олега Воскобойникова "16 эссе об искусстве". Рассказы об архитектуре, скульптуре, живописи иллюстрированы более чем 150 произведениями искусства. Еще одной новинкой стала серия Polystoria. В изготовлении обложки впервые была применена техника вклейки в специально выдавленное "окно" отдельно напечатанной картинки, использовались дизайнерская бумага, тиснение фольгой. Такое сочетание придает книге эффект старинного фолианта. Надеюсь, нам удалось вернуться к почти забытому в российской научной сфере жанру книги как произведения искусства.




Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *